Иван Солоневич: "Один петлюра отрежет вас от угля, другой от железа, третий от хлопка, четвертый от рынка, а пятый, может быть, отрежет вас от головы" | Zarenreich

Иван Солоневич: «Один петлюра отрежет вас от угля, другой от железа, третий от хлопка, четвертый от рынка, а пятый, может быть, отрежет вас от головы»

Без рубрики / 26 февраля 2014 г.
Самостийность

Попытки «раздела России» наше движение считает преступлением не только против России, но и против тех народов, которым удалось бы навязать отделение от их общей родины. Удача — хотя бы и частичная — этих попыток привела бы к чудовищному регрессу и культурному, и политическому, и хозяйственному. Она, в частности, означала бы ряд войн между разными петлюрами за обладание разными уездами.

Если бы все территориальные вожделения всех наших сепаратистов сложить вместе, то для всех них не хватило бы и двух Российских Империй. Столкновения всех этих вожделений решались бы войнами — и хозяйственными и огнестрельными. Империя вернулась бы к положению удельного периода — со всеми соответственными культурными, хозяйственными и политическими последствиями…

В Москве кто-то там заседает. В Киеве уже кто-то успел засесть. В Москве обсуждаются проекты «самоопределения вплоть до отделения», а в Ташкенте какой-то тюркский дядя уже успел собрать своих джигитов. В этих условиях среднеазиатский декханин хлопка сеять не будет. Он посеет пшеницу, подмосковный текстильщик останется без хлопка и без хлеба, украинский хлебороб — без ситца и соли. Все они вместе взятые останутся без нефти и керосина, а товарищам железнодорожникам — почти сплошь великороссам — придется возвращаться heim ins Reich, бросая на произвол судьбы и джигитов и паровозы, и вагоны, и оставляя страну без транспорта. Ведь, вот же — после вооруженного захвата польским генералом Желиговским литовской столицы Вильны — Либаво-Роменская дорога была совсем разобрана — ее восстановили только советчики. Сколько таких спорных дорог, уездов, рек, портов, бассейнов, залежей и прочего окажется на территории в 22 миллиона квадратных верст, поделенных между полутораста кандидатами на самоопределение вплоть до отделения? И кто на всей этой территории будет уверен в своем завтрашнем дне?
Можно было бы предположить , что полтораста петлюр во всех их разновидностях окажутся достаточно разумными, чтобы не вызвать и политического, и хозяйственного хаоса — но для столь оптимистических предположений никаких разумных данных нет: петлюры режут друг друга и в своей собственной среде. Даже и украинские самостийники поделились на пять разновидностей. В США эти разновидности промышляют халтурой. При Гитлере они действовали виселицами, при Бендере убийствами и пытками. Как они будут действовать в будущем, если над всеми ними не будет монархии?

Это — в чисто хозяйственной или, точнее, в географическо-хозяйственной области. Точно так же обстоит дело и в политически-хозяйственной.

Вспомним еще раз историю многострадальной русской интеллигенции — понимая под этим термином революционный ее слой. Каждое поколение было «новым поколением», и каждое пыталось разрушать работу всех предшествующих поколений: «Вы, папаши и мамаши, были дураками, а вот мы — мы умные», «мы наш, мы новый мир построим».

Представьте лично себя в положении владельца, директора, организатора любого завода, фабрики или мастерской в любом месте России. Вы будете знать и все это будут знать, что страна нуждается в чудовищной восстановительной работе. Что пресловутая советская «тяжелая промышленность» в обозримое время не может дать никакого «ширпотреба», ибо продукция этой промышленности идет на мировую революцию — на танки, артиллерию, самолеты и пулеметы, а для «ширпотреба» ни заводов, ни фабрик, ни даже мастерских нет. Вот вы строите. И не знаете, так что же будет завтра? Один петлюра отрежет вас от угля, другой от железа, третий от хлопка, четвертый от рынка, а пятый, может быть, отрежет вас от головы. Это, так сказать, внешнеполитическая сторона вопроса. Но есть и внутриполитическая.

Политические партии эмиграции делятся, собственно говоря, на две группы: социалисты и монархисты. Каждая из социалистических группировок заранее предрешает весь дальнейший хозяйственный рост России; каждая более или менее по-своему и каждая — окончательно. Монархисты предрешают только одно: свободную конкуренцию между государственным, земским, кооперативным, частным и прочим хозяйством. Если в России восстанавливается монархия, то каждый хозяйственник «обобществленного» или «частного» сектора будет в основном зависеть только от себя: сможет ли он или не сможет выдержать конкуренцию…

В наших конкретных русских условиях — даже еще и послереволюционных - любая республиканская партийная говорильня вызовет неизбежную хозяйственную катастрофу, за которой последуют и всякие остальные. Да, Россия сможет пережить и это. Для того, чтобы, пройдя и «это», вернуться к 1613 году:

«Яко едиными устами вопияху, что быти на Владимирском и Московском и на всех государствах Российского Царства Государем и Царем и Великим Князем Всея России, Тебе — Великому Государю Владимиру Кирилловичу. . .»

Или, в переводе этой формулы на очень прозаический язык нашей современности:

«Хватит, попили нашей кровушки. Волим под Царя Московского».

- Иван Солоневич, «Народная Монархия», 1951 год.

Из Доклада начальнику операционного отделения Германского Восточного фронта о положении дел на Украине в марте 1918 года:

…Ко времени вступления немецких войск на Украину там царил полный хаос. При занятии Киева большевиками значительная часть украинских войск заявила о своем нейтралитете. И когда оставшиеся верными правительству войска были разбиты, то Рада и министры бежали в Житомир. Однако в Житомире отказались принять Раду и члены ее разъехались в разные стороны. В отдельных местностях некоторые украинские части еще держались, но они не поддерживали связей друг с другом, и можно сказать, что Рада к моменту подписания мирного договора фактически не имела ни власти, ни сторонников в стране.

Внутреннее положение Украины более всего напоминает состояние Мексики после падения Хуэрты. В стране нет никакой центральной власти, захватывающей более или менее значительную территорию. Вся страна разделена на целый ряд отдельных областей, ограничивающихся пределами уезда, города, а иногда даже отдельными селами и деревнями. Власть в таких областях принадлежит различным партиям, а также и Отдельным политическим авантюристам, разбойникам и диктаторам. Можно встретить деревни, опоясанные окопами и ведущие друг с другом войну из-за помещичьей земли. Отдельные атаманы властвуют в областях, подчинения которых они добиваются с помощью своих приближенных и наемников. В их распоряжении находятся пулеметы, орудия и бронированные автомобили; как и вообще много оружия растаскано населением.

Нельзя сказать, что большевики опираются лишь на оставшиеся в Украине русские войска и на пришедшие из Великороссии банды; они имеют и много сторонников на Украине. Все рабочие настроены большевистски, как и значительная часть демобилизованных солдат. Трудно установить, каково отношение крестьян к большевикам. В тех деревнях, в которых побывали большевистские банды, где они грабили и реквизировали, крестьяне настроены антибольшевистски. Но в других местах, по-видимому, большевистская пропаганда имела успех и среди крестьян…

Украинская самостийность, на которую опирается Рада, имеет в стране чрезвычайно слабые корни. Главным ее защитником является небольшая группа политических идеалистов.

В народе часто можно встретить полное отсутствие интереса к национальной самобытности. С другой стороны, и украинцы не являются сплоченной политической группой, но делятся на различные социалистические течения. Рада, власть которой усиливается со времени прихода немцев с каждым днем, все же опирается теперь, как, по всей вероятности, еще долго и в будущем, на немецкие штыки.

Состоятельные круги населения, интеллигенция и офицеры относятся пассивно к смене правительств. Они пойдут со всяким правительством, которое не будет слишком социалистическим и, хотя бы отчасти, будет защищать их интересы.

Евреи были всецело на стороне большевиков, и большинство руководителей большевиков — евреи.

Особую роль играют многочисленные здесь поляки и среди них, прежде всего, представители экспроприированного польского крупного землевладения. Они пытаются завязать сношения с немецкими штабами и офицерами и ведут травлю против Рады…

Украинское войско — войско наемников; оно состоит из бывших солдат и офицеров, безработных и авантюристов. В основе своей оно совершенно демократично. Чинов никаких нет, есть только должности командующих отдельными воинскими единицами…

Украинское войско носит пока русскую форму, отличительным его знаком является голубая или желто-голубая повязка на левой руке. Фантастическим не то казацким, не то татарским головным убором вроде длинных цветных колпаков и т. п. стараются придать войску национальный характер и этим повлиять на моральное состояние и на национальное чувство солдат. Вооружение крайне разнообразно…

Немецкие офицеры часто придерживаются того взгляда, что с Радой — этой бандой социалистов-революционеров, разумеется, нельзя поддерживать сношений и что как можно скорее должно быть образовано другое правительство…

Автор доклада — известный немецкий публицист Колин Росс — служил с осени 1917 года в военном отделении Министерства иностранных дел (Militerische Stelie des Auswertigen Amtes), в обязанности которого входило снабжение иностранной печати сведениями о ходе военных операций. В качестве служащего этого отделения он часто посещал все фронты и наблюдал за ходом военных операций из передовых линий. При занятии немцами Украины, Колин Росс находился при передовых немецких отрядах, с которыми и вступил в Киев. Доклад, отрывки которого приведены выше, был составлен по просьбе начальника операционного отделения Восточного фронта (Ober-Ost). После представления доклада, Колин Росс имел беседу с генералом Гофманом.

Публикации на эту тему:

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>